Благие помыслы

Либералы оправдывают свои провалы чистыми намерениями

Ума не приложу, почему консервативные комментаторы, даже самые, казалось бы, непримиримые, обсуждая бесконечную череду провалов и прегрешений либералов, почему-то  непременно считают нужным выразить уверенность в том, что их «прогрессивными» оппонентами двигали самые лучшие побуждения. Что заставляет консерваторов бездумно глотать пропаганду о том, будто левые радикалы – это благородные рыцари идеи, обуреваемые высокими помыслами и питающие лишь лилейно-белые намерения? Почему никто не дает отпора либералам, щедро прощающим себе любые промахи, проступки и преступления на том основании, что их помыслы якобы девственно чисты?

«Благие намерения не могут возместить зла, проистекающего из пагубных деяний», – гласит Тора. «По плодам их узнаете их», — говорится в Новом Завете (Мф. 7:16). Св. Франциск Сальский предупреждал, что «Ад полон благих намерений или желаний». «Дорога в ад благими намерениями вымощена», – писал Шекспир. Сэр Джонатан Сакс, главный раввин Великобритании, в своих трудах анализирует «трагедию благих помыслов».

Можно было бы подумать, что вековая мудрость давным-давно должна была бы излечить наивных глупцов от их заблуждений. Но нет, не стоит на это рассчитывать. Можно смело утверждать, перефразируя Ильфа и Петрова, что доверчивость – едва ли не самая глубокая пропасть в мире, ибо падать в нее можно всю жизнь. И вот толпы консервативно мыслящих людей продолжают наивно верить, что не надо обращать внимание на злобные инвективы, изрыгаемые их идеологическими противниками, что либералы только притворяются злыднями, а на самом деле они добрые и хорошие люди, которые хотят как лучше, но просто не знают, как это делается. И поскольку помыслы левых чисты и благородны, к ним следует относиться с пониманием и сочувствием даже перед лицом чудовищных трагедий, по их милости обрушивающихся на Америку.

«Война с бедностью», на которую по сю пору потрачено ни много ни мало 16 триллионов долларов, выпивает все соки из Америки, а результаты ее прямо противоположны целям, с такой помпой продекларированным в середине 60-х годов прошлого столетия ее архистратигом  Линдоном Джонсоном.  Как прямой итог ожесточенных боевых действий на фронте ликвидации бедности в негритянских гетто практически полностью уничтожена главная опора стабильности и благополучия общества – семья, свыше 70 процентов детей в них появляются на свет и растут без отцов. Многие миллионы жителей гетто обречены прозябать в атмосфере унизительной зависимости и беспросветного отчаяния, их самоуважение подорвано, их дух раздавлен культурой подачек. А тем временем уровень бедности не сдвинулся ни на дюйм. Если бы какой-нибудь отъявленный расист замыслил извести негритянскую общину, он вряд ли смог бы придумать что-нибудь более эффективное для достижения своей цели. Но это все не считается – ведь глубокие мыслители, несущие ответственность за эту трагедию, руководствовались «самыми благими намерениями».

В течение последних четырех лет Америка бьется в тисках жесточайшего экономического кризиса, вызванного крахом на ипотечном рынке, который явился следствием стремления «прогрессистов» сделать американскую мечту о собственном жилье доступной для бедных,  в первую очередь меньшинств. Под давлением либеральных политиков и при щедрых гарантиях со стороны государства финансовые учреждения были вынуждены шаг за шагом снижать критерии кредитоспособности до тех пор, пока никаких ограничений не осталось вообще, и любой неимущий мог получить ипотечный кредит и купить дом, заведомо не имея никакой возможности (а зачастую и намерения) погасить свою задолженность.

Архитекторы этой катастрофы были слишком ослеплены своим благородством, слишком оглушены хором отпускаемых самих себе похвал, чтобы задаться простым вопросом: что произойдет, когда неумолимо надувавшийся пузырь на рынке жилья лопнет (а это неминуемо произойдет) и неимущие владельцы дармового жилья, чуть ли не силой навязанного им, останутся у разбитого корыта, не будучи в силах ни платить по ипотечным ссудам, ни сбыть свои стремительно обесценивавшиеся дома? Рассчитывать на то, что непрошенные благодетели вроде пресловутого конгрессмена Барни Фрэнка и иже с ним признают свою ответственность и покаются в своем грехе, не приходится. С какой стати им каяться, если их помыслы были чисты, как свежевыпавший снег?

Самооправдание благими намерениями старо, как мир. Это всего лишь современный вариант средневекового принципа антиномизма, который гласит, что верующему, осиянному Божьей благодатью, нет необходимости придерживаться норм морали, ибо лишь вера является условием спасения души. Коммунисты приспособили тот же принцип к своим целям, подменив благоволение Всевышнего преданностью передовым идеям. Ленин провозгласил: «Морально все, что служит делу пролетариата», и,  стало быть, все, что не служит этому делу, аморально.  Что могло быть более естественно для «прогрессистов», духовных наследников вождя мировой революции, чем взять на вооружение его гибкую трактовку морали?

Невозможно переоценить важность для левых радикалов этого принципа – едва ли не самого эффективного оружия в их арсенале. Они так далеки от действительности, настолько привыкли жить в мире абстракций, в такой степени лишены понимания того, что движет реальными людьми, что выработали в себе особое свойство, которое можно назвать «антимидасовым прикосновением»: все, до чего они дотрагиваются при попытках воплощения своих идей в жизнь, неизбежно обращается в прах и тлен.

Естественно, что они всячески избегают говорить о своих деяниях, и вместо этого целиком концентрируются на своих лилейно-чистых и добродетельных намерениях – единственном, что для них обладает подлинной ценностью. Понятно, почему они призывают смотреть вперед и ни в коем случае не оглядываться назад, где взору беспристрастного наблюдателя предстает бесконечная череда позорных провалов либеральных начинаний. Недаром они так страстно ненавидят генерала Пиночета и генералиссимуса Франко – ведь те сделали то, о чем адепты «прогресса» могут только тщетно мечтать: они реально повысили уровень жизни народа в своих странах и тем самым разоблачили пустоту обещаний революционеров, сулящих своим последователям райские кущи на земле.

Но если тактика либералов продиктована необходимостью, по какой причине их лестное мнение о самих себе молчаливо разделяется консервативно мыслящими людьми? Что заставляет консервативных политиков и журналистов согласно кивать, слушая хвастливые заявления левых будто все, что они делают, сколь бы омерзительно или пагубно оно ни было, прекрасно и похвально, ибо мотивировано самыми благородными намерениями?

Подобную душевную щедрость левые проявляют только по отношению к самим себе.  Оппонентов они судят по совершенно другим критериям. Они видят в консерваторах низколобых неандертальцев, тупых троглодитов, низких мерзавцев, исходящих злобой и ненавистью, косных ретроградов, преграждающих путь прогрессу, для которых не существует более острого удовольствия, чем выбрасывать стариков на улицу, кормить старух собачьими консервами и наслаждаться видом погибающих от голода и холода беспризорных негритянских детей.

Благие намерения – главный козырь левых, палочка-выручалочка в отношении всех их просчетов и прегрешений. Их совершенно не беспокоят катастрофические провалы коммунистической идеологии во всем мире. Марксистская теория, утверждают они, лучезарна и благотворна, а неудачи в попытках ее претворения в жизнь следует целиком отнести на счет недоброкачественного человеческого материала повсюду, где до сих пор делались попытки осуществить заветы основоположников. В конце концов, чего еще можно было ожидать от этих варваров-русских (или китайцев, или кубинцев, или вьетнамцев, или… заполните пробел по своему разумению)? То ли дело мы в Америке: самые умные, самые образованные, самые знающие, самые благородные;  у нас все будет гореть в руках, и стоит нам только взять власть в свои руки, как все прекрасным образом устроится и мы мигом построим счастливое общество.

Левые радикалы злятся и обижаются, когда их обвиняют в антипатии к Америке. Мы любим свою страну, кричат они. Но эта страна существует только в их воображении. Это та Америка, которую «прогрессисты» обещают построить после того, как прорвутся к власти и до основания разрушат порочную капиталистическую систему; страна, где все будут равны, исключая, разумеется, самих революционных мечтателей – кто-то же должен будет взвалить на себя тяжкое бремя управления темными массами…

Что же касается реальной Америки, в которой они обречены злым роком прозябать до тех пор, пока их замыслы не увенчаются успехом, – в их глазах это средоточие зла, символ империализма и милитаризма, самый ужасный угнетатель в истории, безжалостный эксплуататор меньшинств и народов Третьего мира. Эту Америку либералы ненавидят всеми фибрами своей души и лихорадочно мечтают о том, чтобы стереть ее с лица земли.

Есть ли такой суд, который принимает благие намерения в качестве оправдательного или хотя бы смягчающего обстоятельства? Готов ли хоть один из либералов, потерявший деньги у Берни Мэдоффа, проявить понимание, если этот гипермошенник будет оправдываться чистотой своих помыслов? Маловероятно – ведь Мэдофф украл их собственные деньги. А вот если бы тот же либерал доверил жулику миллиарды общественных средств, он, безусловно, сохранил бы полное самообладание при вести о крахе «финансовой пирамиды» Мэдоффа – в сознании того, что он хотел как лучше и причинил убытки налогоплательщикам из самых чистых побуждений.

Нетрудно понять лицемерие либералов. Но почему консерваторы идут у них на поводу? Потому что таков «цайтгайст» (дух времени)? Но оправдание ли это? Истина не подчиняется моде. Разве Коперник согласился упрятать в дальний ящик свою гелиоцентрическую теорию только потому, что согласно «цайтгайсту» его эпохи  солнце вращалось вокруг земли?

«Цайтгайст» в Америке начала 1980-х годов с легкой руки аналитиков из ЦРУ и кремленологов, доверчиво евших из рук объектов своих исследований, гласил, что Советский Союз незыблем, как скала, и ничто не в состоянии его сокрушить. Но Рональд Рейган отказался склониться перед расхожим мнением и провозгласил, что СССР – колосс на глиняных ногах, которому суждено в самое ближайшее время отправиться на свалку истории. Властители дум леволиберальной интеллигенции еще не успели как следует потешиться над глупостью этого «добродушного болвана» (так окрестил Рейгана один из столпов вашингтонского света Кларк Клиффорд, к слову сказать, впоследствии уличенный в жульничестве), как Советский Союз рухнул и исчез словно дурной сон.

«Прогрессивная» идеология сильно смахивает на религию, а ее адепты ничуть не уступают религиозным фанатикам по силе своей слепой веры, по страстной нетерпимости и ненависти к инакомыслию. Они абсолютно несгибаемы и безжалостны, как и подобает борцам за святое дело. Консерваторы видят в них лишь «друзей по ту сторону политического водораздела», честных оппонентов, движимых самыми лучшими побуждениями. Но либералы не отвечают им взаимностью. Для них консерваторы – это отъявленные враги, чудовища, заслуживающие лишь безжалостного уничтожения. Разве кто-нибудь сомневается в искренности политиков-демократов, которые клеймят республиканцев как нацистов, налепляя на них самый позорный ярлык из их богатого репертуара ругательств?

Проповедуемый Кораном принцип «такия» в бытовой трактовке позволяет правоверным лгать, имея дело с неверными. Подобным же образом либералы в общении с идеологическими оппонентами ни в коей мере не считают себя связанными узами морали. На войне как на войне: врага необходимо любой ценой дегуманизировать, чтобы укрепить решимость своих воинов и очистить их совесть во имя выполнения порученной им кровавой задачи.

Вот почему либералы без всякого стеснения лгут и жульничают в борьбе с консервативным врагом: священное дело оправдывает любые средства, сколь бы предосудительными они ни были в других обстоятельствах. До тех пор, пока консерваторы не поймут, насколько бескомпромиссно настроены их «друзья по ту сторону политического водораздела», и не убедятся в том, что от них не приходится ждать пощады, игра на политической арене будет идти в одни ворота.  Как сказал президент Обама: «Они приходят на драку с ножом, а мы – с пистолетом».

Благие намерения? Ой, не смешите, как говорят в Одессе! Всего лишь подручный материал для мощения дороги в земной ад!

Реклама
Post a comment or leave a trackback: Trackback URL.

Комментарии

  • Ася К  On Апрель 10, 2012 at 8:01 пп

    Спасибо, Виктор. Очень четко сказано. Увы, в войне идеологий побеждает тот, кто первым перетянул на себя одеяло «лучших побуждений» и всяческого популизма. А потом — по Оруэллу — все превращается в полную притивоположность. И даже «ночи в Париже» нет (переходного периода).

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s

%d такие блоггеры, как: